Полная версия

Главная arrow Философия arrow Метафизика организационного поведения

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>

Поведение людей в организации

Концепции поведения человека в организациях: исторический экскурс

Взгляды А. Смита и Р. Оуэна на человека, экономику и общество. Особенности представлений Ф. Тейлора и Э. Мейо на организационное поведение. Концепция Д. Мак-Грегора относительно управления организационным поведением. Влияние взглядов А. Файоля, П. Дракера, Ч. Бернарда, Д. Мак-Грегора и В.М. Бехтерева и др. на формирование принципов управления организационным поведением. Сущностные характеристики состоя-ния экономики, общества и государства и их воздействие на организационное поведение. Перспективы развития организационного поведения как междисциплинарной научной специализации в новых экономических, общественных и государственных условиях России.

Вступление

Обратимся к краткому рассмотрению развития воздействия роста материального благосостояния и новых экономических отношений на внутренний мир представителей экономической сферы западных стран в период "1946-2000 гг." для раскрытия данной темы.

Послевоенный период характеризовался изменениями в развитии деятельности в сторону ее автономности и тесной связью с ее конечным продуктом высокого качества.

Зарубежными учеными отмечалось, что предметные цели стали уступать место непредметным (П. Сорокин), "внешние" цели - внутренним задачам (У. Митчелл), а материальный успех - самовыражению в деятельности (Д. Янкелович). Нетрудно заметить тенденцию проявления присущих человеку программ, языков и кодов и их верховенства над внешними стимулами.

Начиная с середины 80-х годов, западные социологи стали прослеживать у работающих людей такие ценности, как творчество и автономность; отсутствие контроля и приоритет самовыражения перед социальным статусом. Как было установлено, у них появились также

  • - поиск внутреннего удовлетворения;
  • - стремление к новому опыту;
  • - тяготение к общности;
  • - принятию участия в процессе выработки решений;
  • - жажда поиска, близость к природе;
  • - совершенствование самого себя и внутренний рост [1, p. 60-61].

Анализируя результаты социологических исследований зарубежных авторов, В.Л. Иноземцев отмечает, что прослеживается переход от доминирования внешних побудительных стимулов деятельности к преимущественно внутренним мотивам [2, пятая лекция].

Обеспечение высоких стандартов потребления к середине XX века, развитие новых информационных и наукоемких технологий в течение последних 30 лет вызвали потребность в людях с первоклассным образованием и способных к творческому труду. В развитых странах появились сотни тысяч малых инновационных фирм, основанных на личной и интеллектуальной собственности. Это не могло не привести к проявлению, становлению и развитию новых мотивов деятельности.

Высокий уровень материального благосостояния вызвал возникновение новых критериев жизнедеятельности творческого человека: максимальная реализация своих способностей на рабочем месте; сведение к минимуму рутинных операций; самостоятельное принятие решений; перспектива культурного и профессионального роста. Четко прослеживается следующая тенденция: люди начинают все больше времени уделять семье, самообразованию, участию в работе общественных организациях и занятиям спортом.

Очевидно, что повышение материального уровня жизни создает потенциальные предпосылки для становления, по В.Л. Иноземцеву, новой мотивационной системы и для проявления тех духовных сущностей в человеке, которые были "задавлены" в связи с необходимостью выживания.

Выяснилось, что экономический прогресс обусловливают не только и не столько вовлеченные в оборот информация и знания, сколько характер восприятия человеком окружающего мира, его отношение к себе самому и себе подобным. Материалистическая направленность мотивационной системы стала трансформироваться в духовную. В особенности это характерно для последних десятилетий, характеризовавшихся переходом от индустриальной экономики к экономике товаров и услуг и индустриальной цивилизации к цивилизации постиндустриальной (см. [3-4]).

В.Л. Иноземцев указывает на то, что потенциал индустриальной экономики определялся техническими возможностями производства и экономическими возможностями потребителя. Можно согласиться с ним в том, что до последнего времени прогресс производства, всегда оставаясь фоном, на котором происходит становление нового (cоциального. - Г.У.) человека, был в большей степени причиной социальных трансформаций, нежели их следствием.

Отмечая, что в настоящее время положение начинает радикально меняться, известный экономист показывает своеобразие новой тенденции. Она в конце XX столетия становится все более осознаваемой: прогресс информационного производства и характер постиндустриальной хозяйственной системы оказываются зависимыми от склонности человека к самореализации (выделено мной - Г.У.) как в производстве, так и в потреблении [2, пятая лекция].

Я не могу полностью согласиться с данным утверждением. В [5, глава третья] были рассмотрены две особенности РЧ:

  • 1) способность к самоизменению, самообновлению, самоактуализации, самоорганизации и др.;
  • 2) способность выхода за пределы самого себя, соединения личного и общественного, земного и космического.

Было показано, что эти особенности, находящиеся в отношении гармонии, дополнительности и противоречия относительно друг друга, обусловлены соответствующими метафизическими духовными сущностями.

По сути дела, известный экономист учитывает лишь первую особенность РЧ.

Западными социологами еще в 60-е годы было установлено, что досуг и возможность самореализации вне рамок производства приобретают все большую ценность в сознании людей. Это проявилось в создании большого количества разного вида добровольных организаций, в которых "стремительно создавались новые связующие звенья в общества", о чем писал тогда известный американский ученый П. Дракер [6, p. 198].

В США к середине 90-х годов насчитывалось более 1,4 млн. некоммерческих организаций, в Великобритании их число составило 350 тыс., а в Германии превысило 300 тыс. еще в конце 80-х. В 1991 году более 94,2 млн. взрослых американцев, или 51% населения страны, добровольно работали в различных движениях и организациях, отдавая им в среднем 4,2 часа своего времени в неделю. Всего же американцы посвятили подобной деятельности более 20,5 млрд. часов. Из них 15,7 млрд. пришлось на постоянную работу в добровольных организациях и ассоциациях. Это эквивалентно совокупному рабочему времени девяти миллионов служащих, занятых полную рабочую неделю, а в денежном выражении - 176 млрд. долларов [7, p. 241].

Анализ приведенных данных позволяет утверждать, что деятельность граждан Великобритании, Германии и США в добровольных некоммерческих организациях объясняется не их склонностью к самовыражению, а спонтанностью как способностью выйти за пределы самого себя, соединения личного и общественного, земного и космического. Здесь вновь подчеркну, что, находясь в противоречии, эти особенности могут положительно воздействовать друг на друга в условиях благоприятной для них внешней среды.

Теперь рассмотрим развитие научных представлений об организационном поведении с позиций этих особенностей РЧ, который задает становление, развитие и функционирование социального человека. В пользу этого говорит развитие экономики в развитых странах, приведшее к возникновению новой экономической среды.

 
Перейти к загрузке файла
<<   СОДЕРЖАНИЕ   >>