Полная версия

Главная arrow Психология arrow Агрессия и альтруизм

  • Увеличить шрифт
  • Уменьшить шрифт


<<   СОДЕРЖАНИЕ

Агрессия и альтруизм являются амбивалентными психическими процессами и формами поведения

Данный вывод обобщает всю ранее полученную информацию и отражает нашу принципиальную научную позицию относительно альтруизма. Смысл этого вывода состоит в том, что любой альтруистический акт имеет, в том числе, и агрессивную составляющую, а агрессия всегда несет в себе альтруистический заряд.

В том, что альтруизм в скрытой форме содержит и некоторый элемент враждебности, мы могли убедиться как из вышеприведенных выводов, так и из всего остального текста нашей работы. В то же время, особенно наглядно данный момент представлен в социальной практике потлача (параграф 2.1 Раздела 2). Действительно, потлач является не только правилом альтруистического обмена, но и способом установления социального господства. Самый "альтруистичный" становится и самым влиятельным. Тот факт, что агрессия имеет в своем поле альтруистическую компоненту, хорошо иллюстрируется различными процедурами примирения, которые агрессор, движимый чувством вины, в большинстве случаев начинает первым.

Как мы писали несколько ранее, идею об амбивалентной природе альтруизма-агрессии мы связываем с амбивалентной природой самой психики, которая представлена целым рядом системно сочетающихся друг с другом интрапсихических переживаний, таких как любовь-ненависть, доминирование-покорность, сепарация-зависимость и т.п. В контексте диады агрессия-альтруизм это выглядит следующим образом: агрессия всегда порождает некие оппозиционные альтруистические тенденции, а альтруизм вызывает противодействие в виде повышения агрессивности. Эти процессы составляют единую динамическую систему, которая представлена не только в виде комбинации двух разнонаправленных интрапсихических тенденций, но и реализуется в интерпсихическом взаимодействии.

Данный вывод, а также ряд вышеприведённых фактов позволили нам сформулировать два более обобщенных заявления, которые на более глубоком уровне анализа позволяют понять базовую суть диады "агрессия-альтруизм".

агрессия альтруизм амбивалентный психический

Агрессия и природный альтруизм с позиции филогенеза имеют общую природу и не являются автономными друг от друга социальными процессами.

Действительно, как было показано на материалах первого и второго разделов, данные явления представляют собой две модальности одного и того же процесса группового взаимодействия и легко могут переходить друг в друга, то есть инвертироваться. При некоторых условиях альтруизм может быть не менее агрессивен, чем сама агрессия, а аверсивное поведение ? не менее кооперативным, чем любая альтруистическая реакция. Первая часть последнего утверждения нами уже неоднократно иллюстрировалась, а в качестве примера для второй посылки достаточно рассмотреть поведение лидера в ситуации экстремальной опасности для его команды. Зачастую он может вести себя крайне агрессивно по отношению к членам своей группы, но при этом все его действия будут направлены на сохранение целостности команды и отдельных её членов. В приведённом примере агрессия перестает выполнять свою специфичную функцию отталкивания и начинает служить поддержанию целостности группы. То есть, в данном случае мы имеем реализацию альтруистической стратегии в форме агрессивного поведения.

Эволюционно-кооперативное поведение возникло раньше агонистического, при этом агрессия, как внутривидовое взаимодействие, выросла из наиболее ранних праформ альтруизма.

Для того чтобы особи начали отталкиваться (вести себя агрессивно), они в начале должны скооперироваться (проявить альтруистическое взаимодействие), то есть научиться сосуществовать. Однако многочисленные примеры (см. Раздел 1) показывают, что биологические предпосылки альтруизма существуют уже у одноклеточных, в то время как зачатков агрессивности у данных организмов не обнаружено (там же). Другой факт, который свидетельствует в пользу первичности альтруизма в отношении агрессии, состоит в том, что ранние формы альтруизма (например, у тех же одноклеточных) приводили к смерти самих альтруистов. Причем сам альтруистический акт был для них делом недобровольным, а вынужденным. Иными словами, первые предпосылки принудительного альтруизма приучили ослабленных особей отказываться от своего ресурса, а уже в дальнейшем, более сильные научились его отбирать. Причем в качестве механизма, запускающего принудительную форму альтруизма, первоначально выступала не сила альфа-соседей того же вида, а внутренняя слабость самих омега-особей. Наконец, ещё один аргумент к данному тезису, состоит в том, что при поражении центральной нервной системы способность к альтруизму сохраняется дольше, чем способность к агрессии [Самохвал]. А так как мы знаем, что к поражениям неустойчивы в большей степени филогенетически более молодые процессы, то последняя иллюстрация также свидетельствует в пользу филогенетически более древних корней у альтруизма, чем у агрессии. Другими словами, альтруизм первичнее и возник ранее агонистического поведения.

Таким образом, один из обобщенных выводов нашей работы касается эволюционной связи природного альтруистического и агрессивного поведения, которую можно выразить следующим тезисом: зачастую агрессия выступает лишь формой проявления альтруистической стратегии, и, наоборот, некоторые явления альтруизма реализуют в скрытой форме агрессивную стратегию. Слова же Лоренца, о том, что "…в настоящей любви всегда спрятан … заряд замаскированной союзом латентной агрессии" [], с нашей стороны точки зрения, можно инвертировать: во многих случаях агрессия несёт в себе закамуфлированный импульс любви.

 
Перейти к загрузке файла
<<   СОДЕРЖАНИЕ